Когда INSAL расширял направление ВЭД, а мы в CompanionAI параллельно усиливали SEO-контент и экспертный контур услуг, довольно быстро проявилась одна из самых болезненных точек рынка — определение кода ТН ВЭД.


Это следующая статья из серии о том, как мы шаг за шагом развивали цифровой контур INSAL. Здесь — о том, почему первым открытым AI-сервисом стал именно подбор кода ТН ВЭД, как мы проверяли гипотезу спроса на прикладной AI-инструмент и почему после первых результатов сервис логично ушел из открытого доступа в CRM.
Сразу зафиксируем важную границу. Определить код ТН ВЭД со стопроцентным подтверждением и полной ответственностью может только опытный декларант. Иллюзий на этот счет не было. Мы не строили замену специалисту. Задача была другой: с помощью AI быстро дать направление, сократить время первичного подбора кода и помочь пользователю с предварительной unit-экономикой там, где ошибка в классификации обходится слишком дорого.
Когда бизнес подходит к AI, почти всегда появляется соблазн сделать что-то “большое и умное”: универсального помощника, который разберется во всем. На практике это плохой старт.
Для проверки гипотезы нужен не красивый концепт, а узкий и понятный сценарий, на котором можно быстро проверить три вещи: есть ли реальный спрос, понимает ли пользователь ценность и готов ли он вообще взаимодействовать с AI в прикладной профессиональной задаче.
Поэтому начинать решили не с абстрактного “AI для импорта”, а с одной конкретной проблемы. Причем такой, где ошибка влияет не на удобство, а на деньги, сроки и риски.

Когда мы вместе с INSAL писали статьи и SEO-материалы по теме ТН ВЭД, сертификации, маркировки и услуг ВЭД, быстро стало видно повторяющееся узкое место. Импортеры, селлеры, предприниматели и менеджеры по закупке снова и снова упирались в один и тот же вопрос: какой код ТН ВЭД выбрать.
И это не формальная задача “для бумаги”. От кода зависят пошлины, ввозной НДС, маркировка, требования по сертификации, разрешительная документация, а в итоге — вся предварительная unit-экономика поставки.
Тот, кто работает с импортом, это хорошо знает: можно промахнуться в тексте, в карточке товара или в рекламном сообщении. Неприятно, но терпимо. Ошибиться в коде ТН ВЭД — уже совсем другая история. Здесь ошибка может потянуть за собой лишние расходы, неправильный расчет экономики и другой набор обязательств по товару.
Именно поэтому задача выделялась из общего потока. Она была частой, чувствительной и понятной рынку без дополнительных объяснений.
С точки зрения проверки гипотезы это была почти идеальная стартовая задача.
Во-первых, боль была реальной, а не придуманной.
Во-вторых, результат нужен быстро.
В-третьих, сам пользователь уже понимал ценность ответа — ему не нужно было объяснять, зачем вообще нужен код.
В-четвертых, у INSAL была предметная экспертиза, чтобы не строить сервис на пустом месте.
Нам был нужен не инструмент ради инструмента, а первый AI-сервис, который опирается на реальную рыночную проблему и дает человеку ощутимую пользу почти сразу.
Такой задачей и стало определение кода ТН ВЭД.
Это ключевой блок всей истории.
Сервис не должен был “давать окончательный код вместо декларанта”. И точно не должен был обещать стопроцентную точность в любой ситуации. В реальной практике ВЭД один и тот же товар может классифицироваться по разным позициям в зависимости от состава, назначения, особенностей обработки и даже от того, как именно сформулировано описание в документах.
Поэтому задача формулировалась честно и прагматично.
Сервис должен был:
То есть это был инструмент первичного сужения поля поиска, а не машина, которая отменяет декларанта.
Именно такая постановка задачи и сделала сервис полезным. Он не обещал магию. Он экономил время и давал опору для следующего шага.
На стадии гипотезы MVP должен быть не сложным, а рабочим.
Поэтому интерфейс сделали в виде формы ввода. Это был самый простой и надежный путь. Пользователь заполнял понятные поля: ссылку на товар, наименование, материал, назначение, технологию обработки, физико-химические параметры, комплектацию, страну происхождения. Где-то можно было оставить минимум информации, где-то — добавить больше деталей.
Для проверки гипотезы такая форма была оптимальной. Она давала:
Нам нужно было проверить не красоту продукта, а реальное поведение пользователя. Пойдет ли он в такой сервис. Заполнит ли форму. Дождется ли результата. Увидит ли в нем ценность.
На этом этапе форма была самым здравым решением.
Ответ сервиса изначально проектировали не по схеме “один код и точка”.
Мы пришли к более взрослой логике: система должна показывать не один якобы безальтернативный вариант, а несколько наиболее релевантных кодов. Это и честнее, и полезнее. В реальной ВЭД-практике один и тот же товар действительно может классифицироваться по нескольким близким позициям.
Поэтому на выходе пользователь получал тройку наиболее подходящих вариантов. Дальше система показывала:
После этого выбирался основной кандидат и отдельно объяснялось, почему именно он выглядит наиболее сильным по введенным данным. То есть результат не просто выдавался, а аргументировался.
Дополнительно в логике сервиса была трехступенчатая проверка точности по независимым источникам и по реальным наименованиям, которые раньше уже декларировались по этому коду. Подробную техническую кухню в этой статье раскрывать не будем. Здесь важнее другое: ответ строился не на одном “мне так кажется”, а на проверяемой логике.

Пользователь получал не абстрактную строку с кодом, а плотный прикладной результат.
Система показывала несколько релевантных кодов, сравнение по ставкам, НДС, сертификации и маркировке, затем объясняла, почему основной кандидат оказался первым, и добавляла примеры похожих наименований из практики декларирования.
Причем результат человек видел сразу на странице и мог сразу скопировать.
Это резко повышало ценность сервиса.
Сервис не закрывал задачу до конца, но помогал перейти от хаоса к более предметному вопросу. Для такой темы это уже очень много.

Форма была открыта всем желающим. Но без ограничений такой инструмент быстро превратился бы либо в бесплатный конвейер, либо в полигон для бесконечных проб и ошибок.
Поэтому ввели ограничение: не более трех кодов в одни руки.
Для проверки гипотезы это был разумный баланс. С одной стороны, человек мог попробовать сервис, понять пользу, протестировать реальный запрос. С другой — сервис не уходил в бесконтрольное использование и сохранял формат именно MVP, а не бесконечного публичного генератора.
Это ограничение сразу делало поведение пользователей более осмысленным. Люди не игрались с формой, а приходили с конкретной задачей.

На этом этапе стало понятно главное: гипотеза не пустая.
Когда использование сервиса дошло примерно до 70 уникальных пользователей в день, это уже выглядело как уверенный сигнал реального интереса. Для массового развлекательного инструмента такая цифра была бы скромной. Для нишевого B2B/ВЭД-сервиса — уже очень заметный результат.
Здесь не нужно рисовать “оглушительный успех”. Но и принижать цифру не стоит. Для такой темы она означала сразу несколько вещей:
То есть рынок не просто заметил инструмент. Он начал им пользоваться.
Когда стало ясно, что интерес реальный, открытый формат выполнил свою задачу.
MVP был нужен для проверки гипотезы. Он ее проверил. Дальше логично было забирать сервис в более управляемый контур.
Поэтому открытую форму потом закрыли и перенесли решение в CRM, где оно уже стало частью большего сервисного слоя. Там у инструмента появлялся другой контекст: не просто открытый тест, а полноценный маршрут внутри системы, связанный с услугами, пользователем, ограничениями доступа и всей дальнейшей AI-линейкой.
То есть перенос в CRM был не отказом от идеи, а следующим зрелым этапом. Сервис переставал быть публичным экспериментом и становился частью системного продукта.
На этом этапе INSAL получил не просто несколько AI-инструментов внутри кабинета.
Компания получила первую рабочую модель того, как экспертность превращается в отдельный цифровой продукт внутри CRM. Появился бесплатный входной слой. Появились более серьезные флагманские сервисы. Появились пакеты, ограничения, логика регистрации и первые правила монетизации.
Параллельно AI начал работать и внутри команды: появился закрытый сервис для сотрудников, который помогал менеджерам отвечать клиентам быстрее, точнее и аккуратнее.
То есть AI начал жить уже не как набор идей, а как часть управляемой сервисной системы — и для клиентов, и для сотрудников.
История с определением кода ТН ВЭД важна не потому, что INSAL “сделал AI-сервис”.
Она важна потому, что это был правильный способ проверять гипотезу.
Не с универсального помощника.
Не с расплывчатой идеи “давайте прикрутим нейросеть”.
А с одной конкретной, дорогой и часто повторяющейся задачи, которую рынок действительно хотел решать быстрее.
Мы в CompanionAI вместе с INSAL взяли реальную боль аудитории, упаковали ее в простой MVP, честно ограничили ожидания от результата и получили рабочий сигнал спроса.
Именно этот первый сервис показал главное: AI имеет смысл только там, где он экономит время на реальной дорогой задаче. Не на красивой демо-сцене, а в живом процессе, где ошибка дорого стоит и где рынок уже готов платить вниманием за полезный результат.